Три письма к Алексею Толстому
В двухтомнике «Переписка А.Н. Толстого», который в свое время вышел в издательстве «Художественная литература», вошло 299 писем большого русского писателя и 150 писем его корреспондентов. Среди них — Горький и Бунин. Волошин и Брюсов. Федин и Вересаев и много других выдающихся представителей русской и зарубежной культуры нашей многонациональной литературы.
Для нас, читателей – казахстанцев, это издание примечательно еще и тем, что в него вошли три письма нашего земляка, выдающегося казахского писателя Сабита Муканова, адресованные А.Н. Толстому.
Из второго тома мы узнаем, что знакомство Толстого с Сабитом Мукановым относится к сентябрю 1942 года, когда русский писатель жил неподалеку от Алма-Аты. Дружеские отношения между ними продолжались до конца жизни Толстого, переписка относится к 1942-1944 годам. Кроме трех писем Сабита Муканова, которые публикуются в издании, известно о существовании еще одного письма Толстого к нему (местонахождение не установлено).
Когда А. Толстой 10 октября 1942 года переехал из Алма-Аты в Ташкент, Сабит Муканов откликнулся коротким письмом, датированным 11 октября 1942 года из Алма-Аты: «Многоуважаемые Алексей Николаевич и Людмила Ильинична! Жалею, что в день вашего отъезда я поехал к Джамбулу и не мог Вас провожать. И жалеет старый акын, что он не видел Вас, просит Вам передать привет.
Как вы долетели? Скоро ли едете в Москву? Казахская пословица гласит: «Кони дружат по-нюхавшись, а люди, поговорив». Мои беседы с вами в моем сердце оставили о Вас хорошие воспоминания. Думаю, что они служат началом нашей дружеской связи. Жду письма. Ваш искренне — Сабит».
Следующее письмо Сабита Муканова Толстому отправлено им из Алма-Аты 23 декабря: «Дорогой Алексей Николаевич! Ваше письмо от 10 ноября 1942 года я получил ровно через неделю и был с семьей рад, что были любезны мне ответить. Тут же не ответил, принимая во внимание ваше слово, что 18-го едете в Свердловск, оттуда, как понял я Вас, — в Москву. Думаю, что Вы теперь в Москве. От себя и от своей семьи посылаем Вам и Людмиле Ильиничне самый сердечный дружеский привет.
С того дня, как мы с Вами расстались, утекло много времени и развернулось множество событий, которые радуют нас. Начатое 19 ноября наше наступление на Сталинградском, Центральном, а в последние дни — в среднем течении Дона — фронтах так прекрасно развивается, что уже чувствуется начало, благополучного для нас конца. Я согласен с Вами, что наступление наших союзников в Африке до некоторой степени облегчило наше положение и способствовало к развертыванию наших сил.
Мы, казахи, еще гордимся тем, что в наступательной операции нашей армии на всех трех направлениях казахские части и их бойцы проявляют исключительный героизм. Радио каждый день приносит имена героев-казахов. В связи с этим здесь решено послать бойцам-казахам письмо от всего казахского населения. Текст письма на казахском языке составил я, переложили его на русский язык Зощенко и Паустовский (конечно, с нашей помощью). Оно, очевидно, скоро появится в «Правде» и вы будете иметь удовольствие его читать. Может быть, напишете, как оно Вам понравилось.
Председатель президиума Казахского филиала Академии наук тов. Сатпаев, участвовавший на сессии в Свердловске, нам передал, что Вы в вашем докладе упоминали и о нашей литературе. Вся наша литературная общественность выражает Вам свое товарищеское спасибо за это.
Мы, казахи, в том числе я, любим дружить с человеком, но в самой искренней форме. «Ложная, скрытая дружба хуже открытой вражды» — гласит наша пословица.
Мы связаны с русской культурой больше ста лет и во многом обязаны ей. Я имею в виду Чокана Валиханова — близкого друга Достоевского, Аполлона Майкова. Я имею в виду классика нашей литературы Абая, еще в 80-х годах XIX века переводившего Пушкина и Лермонтова. Эта начатая Валихановым дружба все больше и больше закрепилась в наши дни. Если моя дружба с Вами будет продолжением ее, этой исторической дружбы наших народов, то я с большой искренностью готов сохранить ее чистоту, бескорыстность, искренность.
В феврале или в марте 43 года мы думали в Москве провести декадник нашей литературы. Предварительную согласованность с нашим ЦК и СП СССР мы имеем. До этого я, очевидно, не сумею приехать в Москву. Если в феврале декада состоится — непременно зайду в Вашу квартиру.
С большим нетерпением жду Ваш весенний приезд. С Вами поеду по Казахстану я сам.
Простите, многоуважаемый Алексей Николаевич, что так много писал Вам… Надеюсь, что примете мою искренность взаимной искренностью.
Ваш Сабит Муканов».
Покоряет задушевный тон этого письма, в котором Сабит Муканов обращается к постоянно волнующей его теме — чувству дружбы и братства с русским народом, которому он придает исключительно важное значение.
Разумеется, читателям небезынтересно знать, о каком докладе Алексея Николаевича упоминает в своем письме Сабит Муканов в связи с сообщением академика Сатпаева. Речь идет о докладе Толстого на юбилейной сессии Академии наук СССР «Четверть века советской литературы». Он был прочитан Алексеем Николаевичем в Свердловске 18 ноября 1942 года. Его читатели могут найти в 10-м томе собрания сочинений «Классика русской и советской литературы».
Третье письмо Сабита Муканова, адресованное его большому русскому другу, отправлено 25 февраля 1944 г. -на этот раз из Москвы
«Любезнейший друг Алексей Николаевич! Я жив, здоров. Продолжаю жить в Москве, очевидно, до 10 марта 1944 года. Памятным в моей жизни остается тот вечер, который я провел… у Вас. Искренно человеческое отношение Ваше и Людмилы Ильиничны глубоко тронуло меня. Надеюсь, в таком отношении мы будем до конца жизни.
Чувствуя неловкость, но принимая во внимание Ваше откровенное дружеское отношение, посылаю Вам с этим письмом мою автобиографию и вот почему. Комитет Сталинских премий принял на обсуждение мою автобиографическую повесть «Мои мектебы», которая написана по материалам, приложенным к этому письму. Служба и дружба — две разные вещи. Это я понимаю. Если произведение недостойное, то оно не должно премироваться.
Я не прошу, чтобы Вы сделали скидку моему произведению, как произведению друга… Это, надеюсь, Вы не сделаете, и было бы с моей стороны глупо, если бы просил Вас об этом.
Но я Вас прошу, дорогой Алексей Николаевич, прочитать повесть, если она хороша — защищать!
Приложенная к этому письму автобиография облегчит Вам понимание повести.
Жду обещания Людмилы Ильиничны съездить к Вам на дачу.
Очень хотелось бы с Вами сниматься и получить одну из ваших карточек, которую Вы считаете характерной для себя. Надеюсь, Людмила Ильинична организует это дело.
Родным братским поцелуем целую Вас, дорогой друг Алексей Николаевич!
…Искренне, по-дружески жму Вашу руку, дорогая Людмила Ильинична! Ваш Сабит».
…Не правда ли, как много в этом послании теплоты, сердечности, душевной откровенности, трогательной простоты, на которую способен, наверное, только искренний и надежный друг.
В более широком смысле письма Сабита Муканова представляют глубокий интерес и как свидетельство постоянных творческих связей русской и казахской литературы.
Читая их, всей душой начинаешь воспринимать высказывание Алексея Толстого: «Наши письма уничтожаться не должны, так как они принадлежат истории литературы».
Подготовил
Владимир ШЕСТЕРИКОВ
Шестериков В. Три письма к Алексею Толстому // Северный Казахстан.- 2000.-21 апреля.-14 с.
Экспозиция в юрте
Двадцать лет существует в областной библиотеке им. С. Муканова литературно-мемориальная комната-музей Сабита Муканова, Открытая в 1980 году к 80-летию со дня рождения писателя, в 1988 году она была полностью реконструирована: оформление выполнено в национальном стиле, вся экспозиция расположена в стилизованной юрте. Здесь с большой любовью собраны произведения С.Муканова на казахском и русском языках, фотографии, письма, воспоминания о писателе, его личные вещи. К 100-летию со дня его рождения экспозиция обновляется.
Посетители также могут увидеть книги, подаренные музею известными писателями З.Г Иманбаевым, Г.Мусреповым, С.Досжановым, С.Шаймерденовым, общественными деятелями, «Книгу отзывов», в которой оставили свои записи Бибигуль Тулегенова, Ильяс Есенбердин, Евгений Евтушенко и другие видные деятели культуры и искусства, зарубежные гости.
В музее постоянно проводятся экскурсии с обзором жизни и творчества С.Муканова. 18 января здесь состоится встреча с теми, кто стоял у истоков создания комнаты-музея. Ее участники расскажут о незабываемых мгновениях встреч с нашим выдающимся земляком.
Всех, кто может поделиться воспоминаниями о писателе, имеет памятные фотографии, письма, книги с автографами и другие материалы, связанные с его именем, милости просим к нам.
Юлия ПИСКУНОВА, библиограф областной
библиотеки им. С.Муканова
Пискунова Ю. Экспозиция в юрте // Северный Казахстан.-2000.-14 января.
Покорить и увлечь – только правдой
Любовь к театру бесповоротно определила его дальнейшую судьбу много лет назад. Он был включен в первый набор режиссеров из национальных кадров, успешно закончил театрально-художественный институт в Алма-Ате. Затем годы учебы в Ленинградском государственном институте кинематографии стажировка в МХАТе и самостоятельная работа. Четверть века отдана театру.
Сегодня заслуженный деятель искусств Казахской ССР Есмухан Обаев возглавляет творческий коллектив Семипалатинского музыкально-драматического театра имени Абая. Это — один из старейшиx театров республики в ней начал свою, литературную деятельность писатель Mуxтар Ауэзов. Здесь находили своих первых, зрителей герои пьес признанных и молодых драматургов. Словом, театр постоянно сочетает в повседневной работе классическое наследие и современность. Кроме того, на его сцене органически синтезируются хореография, вокальное, мастерство, искусство драматического перевоплощения.
Недавно наш гость, главный режиссер Семипалатинского музыкально-драматического, театра Е. Обаев осуществил постановку спектакля «Чокан Валиханов» по пьесе Сабита Муканова. Премьера состоялась в областном, театре имени Погодина.
— Коль, скоро речь зашла о традициях и новаторстве, об их непростом сочетании в искусстве, хотелось бы услышать Ваше мнение по этому поводу.
— На первый взгляд, все кажется предельно ясным: пьесу посвященную сегодняшнему дню, нельзя назвать современной, если она не проникает в суть психологических и социальных процессов действительности. С другой стороны истинно современная пьеса, дающая пищу уму и сердцу зрителя, не всегда прямо отражает события сиюминутной жизни. А все беды на мой взгляд, происходят из-за того, что подчас скороспелая поделка легко проникает на сцену только потому, что ее герои говорят о строительстве плотин и трасс, рассуждают о космосе.
Между тем, самые высокие слова не могут, скрыть бедность мысли шаблонность характеров и ситуаций: К счастью, сегодня решительно изживается тенденция: прятаться за внешние приметы, трескучие фразы, нравоучительные сентенции. И, конечно, не надо утешать себя мнимой правильностью происходящего на сцене, выдавать неудачи за победы. Речь идет об уровне мысли, остроте художественного зрения, и я считаю, что понятие «современность» прежде всего связано с открытием и воплощением нового в современной драматургии характера, и связанного с ним непростого круга новых проблем.
— Тридцать лет назад на сцене областного театра впервые был поставлен спектакль «Чокан Валиханов» по пьесе С. Муканова. Сегодня мы увидели новый вариант произведения. И не только сценического, похоже, претерпела изменения и сама драматургическая основа.
— Мы нередко встречаемся с недовольным брюзжанием когда речь заходит с новаторстве в искусстве. Зачем искать новые формы, затруднять восприятие зрителя? Ведь классики писали не так уж плохо, чтобы их подновлять. То есть, новаторство чуть ли не прихоть, блажь в представлении скептиков. Позволю себе не согласиться с подобными взглядами.
В самом деле, искусство развивается вместе с обществом, его породившим. Оно ищет способы отражения жизни этого общества, способы воплощения рожденных им конфликтов. И если изменяется, если движется жизнь общества, как же не изменяться его зеркалу — искусству? Мало того, у художника возникает непреодолимая потребность по-новому показать и прежние явления, показать их глубже, чем показывали раньше, под новым углом зрения, раскрыть в них то, чего еще никто не заметил. И, новаторство — не прихоть отдельных художников, а объективная закономерность развития искусства.
С этих позиций мне пришлось подойти и к пьесе Сабита Муканова, в центре которой образ Чокана. Чокан, прежде всего, сын двух народов, казахского и русского. Личность, одаренная гениальными способностями, всей своей многогранной деятельностью стоящая над узконациональными интересами и предрассудками. Валиханов исповедует гуманистические идеалы и важнейшую, принципиальную мысль: только в духовном общении и единении двух народов возможны счастье, справедливость, прогресс. Более того, Чокан трагически ощущал не только тяготы жизни своих соотечественников — казахов, но, как первопричину этого, — унизительную зависимость от крепостного права русского народа. Этой печатью высокого трагизма отмечен весь его короткий жизненный путь. А пьеса, как известно, была написана еще в тридцатые годы, и естественно, что некоторые детали, даже коллизии, нынче воспринимаются как случайные, порой носят наивный характер.
В спектакле были заняты многие артисты областного театра и, должен сказать, что творческий накал, с которым они выступали, принес желанные результаты. Благодарен артистам В. Шалаеву, И. Арчибасову, Г. Кристелю за радостные дни нашей совместной работы. Кстати, судя по оценкам Т. И. Кучиной и Г. М. Шарнина, участвовавших еще в той, первой, постановке «Чокана Валиханова», они остались довольны новым сценическим воплощением.
По решению ЮНЕСКО 150-летие со дня рождения Чокана Валиханова широко отмечается прогрессивной общественностью во всем мире. И я счастлив, что постановкой пьесы С. Муканова внес свой скромный вклад в это благородное и благодарное чествование.
Хочу подчеркнуть, что с драматургией Сабита Муканова тесно связана творческая биография нашего театра. Я много раз встречался с самим автором, и он всегда с пониманием относился к нашему прочтению его пьес, давал дельные советы, которые оборачивались для коллектива подлинными удачами. На сцене были поставлены такие его произведения, как «Светлая память», «Ботагоз», «Дочь Кашгарии».
— Чем занят театр сегодня?
— В репертуаре пьесы русских, узбекских, казахских драматургов, молодых, начинающих авторов. Одна из них — «Циклон» С. Досанова. Если коротко, в ней речь идет о становлении судьбы молодого руководителя, о борьбе против фразы, формального провозглашения социалистических идей. Ведь сколько раз иные произведения критиковались с позиций «так в жизни не бывает», и при этом в качестве критерия использовалась придуманная жизнь, составленная по канонам долженствования. Но сама действительность многому научила вашего зрителя. Сейчас его можно убедить и увлечь в театр только правдой. И эта истина должна стать правилом без исключений.
Тимохин Б. Покорить и увлечь – только правдой // Ленинское знамя. -1986.-1 мая.
Три главные роли Марии Шарниной
С детства люблю театр и отношусь к профессии актера с величайшим уважением и почитанием. А первой моей любовью в мире искусств стала актриса Мария Яковлевна Шарнина (Ямщикова).
…1963 год. Областной драматический театр поставил пьесу А. Островского «Гроза». В роли Катерины — молодая артистка Мария Ямщикова. Я, ученица 8-го класса, смотрела спектакль на одном дыхании, была очарована игрой этой актрисы, а когда занавес закрылся последний раз, побежала за кулисы — поблагодарить ее. Так состоялось мое первое знакомство с «живой» актрисой. Позже мне довелось увидеть в роли Катерины Евгению Козыреву на сцене нашего театра, других знаменитостей — на столичных сценах, но память навсегда запечатлела образ, созданный Марией Ямщиковой.
А сама Мария Яковлевна вспоминает, что ввели ее в спектакль «Гроза» очень быстро: за три дня пришлось выучить роль, сшить костюм и выехать с премьерой в целинные совхозы. Это была первая большая драматическая роль в биографии молодой актрисы, до этого игравшей мальчишек и девчонок в спектаклях театра имени Ленинского Комсомола г. Анжеро-Судженска. Мария пришла туда в 1946 году в числе восьми лучших выпускников школы-студии при Кемеровском драматическом театре. Через два года встретила свою первую и единственную любовь — Геннадия Шарнина, с которым в 50-е приехала на целину, в Петропавловск. Роль Катерины в «Грозе», которая принесла ей успех, признание зрителя и огромное творческое удовлетворение, стала для нее одной из любимых.
За 45 лет сценической деятельности она сыграла десятки замечательных ролей, но есть среди них та, которую актриса вспоминает с особым трепетом и волнением. Это роль Айжан в исторической драме Сабита Муканова «Чокан Валиханов», впервые поставленной на русской сцене в Петропавловске в 1957 году. Роль Чокана в том спектакле получил Геннадий Шарнин, а Мария -роль его возлюбленной. Мария Яковлевна вспоминает, что Сабит Муканов сразу принял Шарнина-Чокана, а когда увидел ее, засомневался: «Она такая худенькая — справится ли?». Справилась! Стройная, как тополек, нежная и ласковая, она создала неповторимый образ казахской девушки. Играть рядом с любимым мужем было ей легко и приятно — это был их звездный дуэт. Сабиту Муканову очень понравились спектакль и игра актеров, и между автором и Шарниными завязалась творческая дружба, многолетняя переписка. Писатель мечтал поставить пьесу «Сакен Сейфуллин», в которой хотел дать роли своим друзьям-актерам. Он писал Шарниным в Благовещенск, где они в то время работали:
«Дорогие друзья, Геннадий и Мария! Ваше поздравление с моим 70-летием получил. Большое братское спасибо. Куда же вы забрались, друзья мои? Надеюсь, что «гастроль» эта ваша скоро кончится, и вы вернетесь в родной Казахстан и будете исполнять новые роли. По-братски вас обнимаю обоих и крепко целую. Ваш Сабит».
Писатель делился с ними своими планами, давал дружеские советы. Именно он сыграл решающую роль в возвращении Шарниных в Петропавловск. Мария Яковлевна и Геннадий Михайлович очень дорожили дружбой с Сабитом Мукановым. Когда в 1980 году в областной библиотеке им. С.Муканова создавалась музейная комната, они передали для нее копии писем, фотографии, афиши — все, что было связано с писателем. Тогда началась и моя близкая дружба с Шарниными. Нас тоже сблизил Сабит Муканов, которого я хорошо знала, как близкого, старшего друга моего отца. Мария Яковлевна и Геннадий Михайлович были моими первыми помощниками в организации и проведении Мукановских чтений. Сейчас библиотека готовится к 100-летнему юбилею писателя. Когда я сказала об этом Марии Яковлевне, она встрепенулась и попросила: «Валентина Борисовна, помогите мне найти текст пьесы «Чокан Валиханов», я хочу вспомнить свою роль».
Есть у актрисы еще одна дорогая роль — роль верной супруги. С Геннадием Михайловичем они прошли по жизни почти 50 лет, деля радости и невзгоды. С героями любимых пьес они вместе проехали от Урала до Дальнего Востока, весь Казахстан. Геннадий Михайлович вырос до народного артиста Казахстана. Помогли ему в том творческая поддержка и забота супруги. Вспоминается мне 1987 год, 60-летний юбилей Геннадия Шарнина. Мария Яковлевна нарядная, в белом ажурном пончо, смотрит бенефис мужа из зала. В перерыве я подхожу к ней и спрашиваю: «Почему вы не на сцене? Ваше место рядом с мужем». Она отвечает с достоинством: «Я всегда рядом с ним. Я свое отыграла (в это время она уже оставила сцену), а Михалыч может и должен создавать новые образы. Я хочу любоваться им из зала».
Геннадий Михайлович мечтал сыграть золотую свадьбу, как неповторимый спектакль, а потом 70-летие Маши, но уже второй год Мария Яковлевна без мужа. Недавно отметила свой юбилей с дочерью и внуками, скромно и незаметно. Было поздравление из театра, звонили близкие друзья и поклонники ее мужа, мысленно поговорила с Геннадием. Ее комната похожа на маленький, любовно оформленный театральный музей: фотографии сцен из спектаклей, афиши прошлых лет. Все это согревает душу теплыми, волнующими воспоминаниями.
Валентина ПЕТРОВА
НА СНИМКЕ: М. Шарнина в роли Айжан.
Петрова В. Три главные роли Марии Шарниной // Северный Казахстан.-1999.-24 декабря.-8 с.
Писатель, открывающий мир
«Труды, вышедшие из-под пера Сабита Муканова, — это своеобразная энциклопедия! Правая рука Сабита по белой бумаге прошла миллионы километров пути. Если бы написанные Сабитом на бумаге слова расположить в сплошную линию и измерить ее длину, то невольно удивишься, сколько миллионов строк на бумаге оставила его рука. Но каких строк! В каждом слове — сгусток мысли и мудрости».
Габит Мусрепов
«Времени подвластно все — гласит казахская мудрость. Действительно, быстротечное время каждому определяет свое место в этой жизни. Но есть личности, которые переживают свое время. Наш Сабит Муканович Муканов относится к ним. Он был одним из основоположников современной казахской культуры, академиком национальной Академии наук. Его столетний юбилей отмеченный пять лет назад под эгидой ЮНЕСКО, показал, что творческое наследие С. Муканова вошло в золотой фонд казахской литературы, его книги, переведенные на 46 языков, стали достоянием мирового читателя
Президент Республики Казахстан Н.А. Назарбаев о творчестве Сабита Муканова сказал так: «Редко какой писатель при жизни был так широко известен и любим всей страной так, как Сабит Муканов. Чем объяснить такую популярность? По-моему его писательская, творческая платформа неотделима от его человеческой, гражданской личности, он всем открыт и доступен. У нашего Саке нет разночтений и в словах, и в делах, нет хитрости и непонятности и в поступках, и в действиях. В любых ситуациях, даже и тогда, когда заблуждался и когда был на вершине славы, он был одинаково понятен своему народу и был вместе со своим народом.
Эта оценка, данная главой государства творчеству С.Муканова, явилась полным выражением исторической справедливости. Он был родом из гущи народа и все его творчество посвящено служению народу. Родился С. Муканов 26 апреля 1900 года в местечке Жаманшубар Петропавловского уезда Аккусакской волости (ныне Северо-Ка-захстанская область, Жамбылский района, аул Дос) в семье батрака-скотовода. Семи лет лишился отца, через год умерла мать. Двадцать пять лет тому назад, когда наша область готовилась отмечать 80-летие со дня его рождения, я по заданию редакции побывал в родном ауле Сабита и попросил его двоюродного брата Шакена Мустафина рассказать о детских и юношеских годах писателя.
Сабит был человеком особого склада, — вспоминал Шакен-ага. — Скромным, простым, близким народу. Когда приезжал в родной аул, он заходил в каждый дом, как родственник, у каждого спрашивал о здоровье, о детях, хозяйстве. Мы удивлялись его памяти, он называл и старых, и малых по имени. Каждый его приезд в аул для нас был большим праздником.
Сабит старше меня на 5 лет. Наши отцы Мукан и Мустафа — родные братья. Наши убогие юрты ставились всегда рядом, и дети росли как бы в одной семье. Отцы были пастухами бая Альти. Когда Сабит остался круглым сиротой, он перешел к нам и воспитывался у нас, мы росли вместе.
Мой отец мог читать по-арабски, однажды, съездив в Троицк, он привез с собой муллу-татарина и тот старался учить нас грамоте. Сабит с детства любил слушать стихи, которые старики читали наизусть, и быстро записывал, повторял. Летом мы с ним пасли байские табуны лошадей и неотлучно находились в степи. Моя мать любила и воспитывала Сабита как своего сына, а его мать перед смертью просила меня за ним присмотреть.
— Перед Богом клянись, что выполнишь мою просьбу, — говорила она.
Когда брат уехал в Петропавловск учиться, он забрал меня с собой. «Учись, без учебы пропадешь», — так каждый день наставлял он меня. И в Оренбург я поехал с ним. Ой, какой он был добрый, родной, надежный. А когда он уже в тридцатые годы учился в Ленинграде, в институте красной профессуры, уговорил поехать с собой мою мать, сказав: «Вы нас воспитали, теперь немного отдохните, посмотрите Ленинград, свет увидите». Она там жила больше, чем полгода. До смерти благодарила его. Таким был мой брат Сабит. Никогда не забывал нас».
Такими помнят его не только родственники и земляки. Он был истинным народным писателем, много бывал среди своих читателей, беседовал с людьми.
Судьба мне подарила счастье знать этого человека, встречаться с ним на его родине, в его родном Петропавловске и сопровождать в поездках. В 1960 году он со своими знаменитыми земляками Габитом Мусреповым и Иваном Шуховым приехал отметить свой 60-летний юбилей. С ним было много известных писателей и артистов.
На встрече с журналистами в редакции газеты «Ленин туы» (ныне «Солтүстік Қазақстан») писатель вспоминал двадцатые годы, когда он работал в Петропавловске.
С 1919 года С. Муканов активно участвовал в общественной жизни, служил в отряде частей особого назначения, работал инструктором Петропавловского горкома партии. В 1922-1926 годах учился в Оренбурге на рабфаке. Совсем в молодом возрасте — в 25 лет -Сабит, уже накопив значительные знания и навыки, становится редактором областных газет и журналов республики, а 1926-1927 — ответственным секретарем нашей газеты «Бостандық туы» (позже «Ленин туы»). Писать стихи С. Муканов стал с пятнадцати лет. Но полнокровная литературная деятельность началась с 1920 года. По подсчетам литературоведов, он написал немало лирических стихов, тринадцать поэм, три рассказа, одну повесть, два романа -один в стихах, а другой в прозе, десятки критических статей, организовал и выпустил два литературных сборника, один альманах. За 10 лет. Среди них первый сборник его поэзии, который вышел в 1926 году.
Это время является периодом творческого становления поэта. Вчерашний юноша-пастух уверенно шел по тернистому пути поэзии.
Естественно, его первые поэтические произведения страдали прямолинейностью, отличались классовым подходом, что было характерно тогда для общества. Из тринадцати поэм наиболее яркой стала поэма «Сулушаш». В 1928 году она вышла отдельной книгой и у многотысячных читателей пользовалась особой популярностью. Литературная критика включила ее в золотой фонд казахской поэзии.
К числу произведений этого периода относится и первый роман писателя «Заблудившиеся». Он над ним работал в течение 1927-1928 годов. В конце 1928 роман был отдан в печать. Но ограниченность полиграфической базы в Казахстане в тот период не позволила опубликовать его вовремя и роман увидел свет лишь в начале 1931 года. В 1935 переиздается. В том же году на русском языке он вышел в Москве под названием «Сын бая». Учитывая многочисленные пожелания читателей и критиков, указавших на некоторые недостатки, автор через двадцать лет возвратился к этому произведению (оно вышло под другим названием — «Светлая любовь»), которое и сегодня популярно среди молодежи.
В один из приездов в Петропавловск писатель отвечал на вопросы журналистов о его творческой лаборатории. Мы с интересом слушали и вопросы сыпались со всех сторон. «Я пишу одновременно несколько произведений, — говорил он. — Если начинаю писать роман, то работаю, не отрываясь, пока не заканчиваю целую главу, потом даю себе отдых, обдумываю следующую и во время такого перерыва даю волю поэзии, пишу стихи или литературную статью или делаю наброски новой драмы». Возник вопрос: «Сколько томов было бы, если выпустить ваши произведения полностью?» «Пятьдесят, — ответил он. Издательство «Жазушы» выпустило 16 томов моих избранных произведений. На остальные нет бумаги».
Вот так плодотворно работал наш Саке. Исследователи творчества поражаются его работоспособности и отмечают, что он одновременно писал и публиковал несколько произведений. Его вторым крупным прозаическим произведением был роман «Ботагоз». К сбору материалов для него он приступил еще в 1923 году и потратил на это в общей сложности пятнадцать лет. Писал четыре года, книга увидела свет под названием «Загадочное знамя» («Ботагоз»).
Появление романа «Ботагоз» стало значительным событием в казахской литературе. Он сыграл большую роль в развитии казахской прозы, став одним из первых художественно законченных крупных прозаических произведений.
Отличительной чертой С.Муканова была, конечно, его способность создавать шедевры во всех жанрах литературы. Из-под писателя рождались новые романы, стихи, баллады, поэмы, пьесы, очерки, научные труды. Большинство из них вошли в ряд классических произведений, стали любимыми книгами читателей, удостоены различных премий. Так, Госпремией КазССР им. Абая он отмечен за трилогию «Школа жизни», премией АН КазССР им. Ш. Уалиханова — за научный труд «Жаркын жулдыздар» («Лучезарные звезды») о жизни и творчестве Ш.Уалиханова и А.Кунанбаева.
Академик-писатель всегда был примером трудолюбия, неиссякаемой творческой энергии.
Сабит Муканов внес большой вклад в укрепление писательской организации, около десяти лет возглавлял Союз писателей Казахстана, был одним из зачинателей литературоведческой науки в республике, принимал активное участие в создании многотомной истории казахской литературы. Он — автор свыше пятисот статей, монографий.
Большие заслуги писателя в развитии казахской литературы высоко оценены государством. С.Муканов награжден двумя орденами Ленина, двумя — Трудового Красного Знамени и орденом «Знак Почета». Он был членом советского комитета защиты мира, неоднократно избирался депутатом Верховного Совета Казахской ССР.
Вот уже более тридцати лет нет его с нами. Но его богатое литературное наследие с нами. Мы, читая его книги, делимся думами с ним, как будто слышим его знакомый голос. Ему присвоено звание «Почетный гражданин города Петропавловска». Бюст С. Муканова установлен возле областной библиотеки. Одна из улиц города названа именем Сабита Муканова. Каждый год проходящие в день рождения писателя Мукановские чтения в библиотеках, учебных заведениях, публикации в газетах, телепередачи напоминают нам о духовной силе творчества выдающегося таланта.
Бахыт МУСТАФИН,
член Союза писателей Казахстана
Мустафин Б. Писатель, открывающий мир //Северный Казахстан -2005.-22 апреля-с.-3