«Идет война народная» : Из военных лет Сабита Муканова

Опубликован Angela от 18.06.2021 в Критика |

Начало войны застало Арстана, старшего брата, и меня в одном из подмосковных пионерских лагерей. В конце июня мы вернулись в Москву и увидели, как переменилась наша столица в течение нескольких военных дней: всюду чувствовался боевой настрой жителей города, на стенах зданий призывные плакаты, то и дело проходили колонны солдат.

  Выехать в Алма-Ату удалось только в начале июля. Военные перемены чувствовались и в Алма-Ате. На улице Фурманова, около нашего дома, целыми днями велось обучение призывников, и мы, мальчишки, очень сожалели, что не можем встать в строй вместе с ними.

  Страна готовилась к отпору врагу, и не было, пожалуй, ни одной семьи, которой не коснулась бы война.

  До войны из нашего дома ушел в ряды Красной Армии мой двоюродный брат Нуркен Сулейменов. Он служил на пограничной заставе на западной границе нашей Родины. В майском письме Нуркен сообщал, что служба его подходит к концу и чтобы в июле ждали дома. А в письме, отправленном в первый день войны, он писал, что застава вступила в бой. Это было последнее письмо брата.

Солдатом первого призыва оказался воспитанник нашей семьи Елеусиз Шайкенов. Помню, как вечерними часами наши родители, приготовив еду, уходили к казармам в бывшем общежитии педагогического института, встречали молодых солдат, возвращавшихся с учений, и угощали их домашней едой. Мама, вернувшись после короткой встречи с Елеусизом, тихо плакала и причитала:

  — Боже мой, совсем молодые эти солдаты! Какую беду несет война людям, каково матерям провожать на смерть своих детей!

  Во время одного свидания Елеусиз сказал, что завтра в 6 часов утра их часть уезжает. Проводить его мы не успели. Ребят отправили ночью.

  В конце 1941 года от Елеусиза пришло письмо, в котором молодой боец сообщал, что завтра ему идти в бой. Это было его первое и последнее письмо. В бою он погиб.

  Не вернулся с фронта и другой воспитанник нашей семьи — Каби Садвакасов. Нельзя без волнения читать письма фронтовиков, сохранившиеся в архиве Сабита Муканова. Некоторые из них были опубликованы в вышедшем в свет в 1975 году сборнике писем воинов-казахстанцев «Фронтовой привет тебе, Казахстан!».

  Вот строки из письма защитников Ленинграда казахским поэтам с обращением к Сабиту Муканову:

«Мы защищаем родину, город Ленина, его великое прошлое. Нанося мощные удары по врагу, мы с каждым днем все больше и больше тесним его от твердынь Ленинграда. Когда мы читаем бойцам вашу «Балладу о вечном городе» и разъясняем ее политическую суть, сердца наполняются верой в победу, новой решимостью беспощадно бить врага».

  О воспитательной роли произведений С. Муканова говорит письмо лейтенанта Ш. Байгужина в редакцию журнала, в котором он просит прислать на фронт роман Сабита Муканова «Загадочное знамя».

  К С. Муканову обращается зенитчик-артиллерист О. Асылбаев:

  «Уважаемый Саке! Салем вам от младшего брата Орынбая с Западного фронта. Салем также вашей семье. Я люблю вас больше, чем родного брата. Именно вы озарили мои чувства солнечными лучами. Я принадлежу к тем, кто прочитал все ваши произведения. Вы познакомили меня с людьми, которых я раньше не знал и о которых даже не слышал!.. — Далее артиллерист описывает бои на Западном фронте, говорит о героизме солдат и заключает: — Саке! Если надо, я отдам жизнь за свободу родного народа».

  Письма шли к писателю со всех фронтов, он отвечал фронтовым братьям.

  «…наш алмаатинец получил письмо от казахского писателя Сабита Муканова. И все с радостью говорили об этом», — сообщал в своем письме жене писатель-фронтовик Макеев.

  Из всех приемных сыновей моих родителей, ушедших на фронт, домой вернулся только один, Малик Габдуллин, удостоенный высокого звания с Героя Советского Союза, многих боевых наград. Его подвиги Б. Полевой в своем очерке на страницах «Правды» сравнивал с рождением героического эпоса.

  В архиве Сабита Муканова сохранились воспоминания о Малике Габдуллине, вышедшие отдельной брошюрой на казахском языке после кончины писателя. Эти воспоминания дают представление о формировании личности героя. Вот некоторые сведения из них.

  Впервые Сабит Муканов встретился с Маликом Габдуллиным летом 1930 года, когда по поручению Акмолинского губкома партии приехал в село Боровое Кокчетавского уезда по  делам коллективизации. Писатель хорошо описал эти места. В 1921 году он работал здесь председателем ревкома Кокчетавской волости. В доме боевого друга тех памятных лет он и остановился.

  Утром хозяйка дома сказала уполномоченному губкома, что его спрашивает какой-то мальчик. Вошел пионер лет четырнадцати. Он представился — Малик Габдуллин, вожатый пионерского отряда. От имени пионерской дружины школы крестьянской молодежи он просил писателя провести литературный вечер.

  Встреча прошла интересно, Сабит Муканов познакомился с ребятами. Особенно понравился хорошо развитый, начитанный школьник Малик. «Я полюбил его как сына, как младшего брата», — вспоминает Сабит Муканов.

  Выполнив поручение губкома партии, Сабит Муканов забрал с собой Малика, к тому времени закончившего семилетку.

  …В 1939 году Габдуллин был призван в ряды Красной Армии. После завершения службы в конце 1940 года он был назначен заведующим отделом в институте литературы Казахского филиала Академии наук СССР и готовился к защите диссертации.

  Наступил июнь 1941 года, война… Занятый работой в военкомате, Малик стал заходить реже, и в один из дней, 27 июля, побыв в нашей семье, отправился в расположение формировавшейся дивизии генерала Панфилова. 18 августа он попрощался с нами перед отправкой на фронт.

  — Хоть не родился в этом доме, -сказал Малик, — но он мне стал кровным. Перед грозной дальней дорогой пришел поесть хлеб-соль родного дома и получить ваше родительское благословение.

  Уходя на фронт, Малик взял со стола горсть курта — сушеного творога и, как впоследствии писал с фронта, разделил его кусочки между бойцами на Бородинском поле, где его часть приняла первый бой.

  Удостоенный высокого звания Героя Советского Союза, М. Габдуллин приехал на побывку с фронта 16 августа 1943 года. Около Дома правительства — здесь ныне главный корпус Казахского государственного, университета — собрались наши близкие и знакомые, партийные и советские работники. Подали машины, и встречающие направились в аэропорт. Самолет уже прилетел, и Малик с семьей находился в здании аэропорта. Встречающие крепко обнимали героя.

  В те дни «Казахстанская правда» в  корреспонденции о встрече героя писала:

«Малика Габдуллина крепко, по-отечески обнимал его названый  отец писатель Сабит Муканов».

 Машины направились в дом отдыха, где в радостной обстановке прошел |банкет, устроенный правительством республики в честь героя.

  Предполагалось, что Малик остановится на даче, находящейся рядом с  домом отдыха. Однако он отклонил это предложение, сказав:

 — Мой воспитатель-отец Саке. Уходя на фронт, я получил его благословение. Вернувшись с фронта целым и невредимым, считаю долгом побыть в этом доме.

  Малик пробыл в Алма-Ате целую неделю, из нее четыре дня — в нашем доме. Мы редко видели его, боевой солдат часто выступал на собраниях, встречался с тружениками тыла. Везде его встречали с радостью. Помню многотысячный митинг в парке имени 28 гвардейцев-панфиловцев, где Малик рассказывал о своих боевых товарищах, о подвигах солдат.

  В канун отъезда Малика на фронт за столом собрались его семья и наша. Было уже за полночь, но спать никто, кроме дошкольников, не ложился. Малик горячо, по-братски обнял нас, детей, весело сказал одну из своих прибауток, и мы расстались. Старшие поехали его провожать…

  В начале 1944 года Сабит Муканов по вызову редакции «Правды» выехал в Москву. Его в качестве корреспондента газеты направляли в части Второго Прибалтийского фронта, сроком с 22 марта по 8 мая 1944 года.

  Судя по первой записи во фронтовой тетради, Сабит Муканов прибыл в расположение сотой бригады, занимавшей позиции у деревни Леоново Невельского района Калининской области, 30 марта 1944 года.

  В своих мемуарах «Годы суровых испытаний 1941-1944» генерал армии К.Н. Галицкий рассказывает о славном пути Третьей ударной армии во время пребывания его на посту командующего и среди других отмечает героические подвиги казахстанских воинов. Отдельные страницы воспоминаний командарма посвящены военному таланту майора Бауржана Момышулы — командира 19 гвардейского стрелкового полка Панфиловской дивизии, бывшей в составе второго гвардейского стрелкового корпуса генерала И. М. Чистякова.

  К.Н. Галицкий отмечает мужество и мастерство снайперов Ибрагима Сулейменова и Ахмета Джумагулова, героические подвиги сотой стрелковой бригады, в составе которой было много казахов — рядовых и офицеров, в которой заместителем по политчасти был подполковник С. Баишев, ныне один из крупнейших ученых, академик Казахской ССР. Особо отмечает генерал К. Н. Галицкий на страницах своих мемуаров бессмертный подвиг Маншук Маметовой.

  Сабита Муканова интересовали подвиги казахстанцев, и он прибыл в штаб генерала Галицкого, осуществляющего руководство вошедшей в историю войны Невельской операцией. В архиве писателя сохранилась увесистая папка фронтовых записей, фотографий, военных карт, листовок и т.д., по которым можно судить о времени, о людях той поры.

  В штабе армии Сабит Муканов беседовал с командующим генерал-майором К. Н. Галицким и его адъютантом В. И. Кочергиным. Писатель рассказал генералу о Малике Габдуллине и просил устроить встречу с ним, на что получил согласие.

  Страницы фронтовой тетради писателя содержат интересные сведения, записанные во время бесед, о боевом пути Третьей ударной армии, о ее командующем, бойцах и командирах.

  В штабе армии Сабит Муканов встретил майора А. Закарина, ныне профессора КазГУ. Земляки по-братски обнялись. Майор много рассказывал писателю о фронтовой жизни, особенно о подвиге Маншук Маметовой.

  После беседы они выехали в город Невель и побывали на братской могиле, в которой похоронены Маншук Маметова и другие воины, павшие в боях за освобождение города.

  Во фронтовой папке Сабита Муканова хранится постановление исполнительного комитета Невельского городского Совета депутатов трудящихся за номером один от 3 ноября 1943 года. В нем говорится:

  «В боях за социалистическую Родину, за освобождение старейшего русского города Неволя от ига немецко-фашистских захватчиков, проявив героизм и отвагу, до конца выполнив долг перед Родиной, смертью героев пали славные сыны и дочери советского народа.

  Для увековечения памяти славных героев переименовать в их честь:

  …улицу Приамурскую — в улицу пулеметчицы-казашки Маншук Маметовой».

  Бессмертный подвиг Маншук Маметовой был достойно отмечен Президиумом Верховного Совета СССР — ей первой среди женщин Востока было присвоено звание Героя Советского Союза.

  …Радостной была встреча Сабита Муканова и Малика Габдуллина. Имея боевой опыт, Малик Габдуллин как мог охранял отца от снайперских пуль. Тем более что генерал Галицкий наказал Габдуллину умерить боевой пыл писателя. Такое запрещение для писателей было введено генералом после гибели известного советского писателя В. П. Ставского на переднем крае обороны. Владимира Петровича Ставского, автора «Разбега», отец знал хорошо и очень сожалел о его гибели.

 Оберегая отца, Малик все же однажды повел его на высоту 64 у села Плеханова, недавно освобожденную от фашистов. В тетради есть запись допроса офицера немецкой армии, участника военных кампаний во Франции и Польше, плененного в боях за эту самую высоту.

  Но основным собеседником тех фронтовых дней был Малик Габдуллин, много поведавший писателю о боевых товарищах, о своем участии в различных сражениях.

  Когда смотришь на карту-схему дислокации советских и немецких войск во время одного боя, сделанную рукой гвардии майора Габдуллина, то зримо представляешь себе, каким жарким и ожесточенным был этот бой. Эта схема как реликвия военных лет, как отражение бессмертного подвига советских солдат, среди которых был Малик Габдуллин, хранится в архиве Сабита Муканова.

  В архиве писателя — записи бесед с Маликом Габдуллиным и другие материалы, связанные с ним. Интересна фотография, сделанная 4 апреля 1944 года в деревне Игнатово Невельского района, на которой запечатлены Сабит Муканов и три офицера-казаха. В недавно опубликованной книге московских ученых В. М. Савельева и В.П. Саввина «Советская интеллигенция в Великой Отечественной войне» приводится подобный же снимок, под которым указана фамилия лишь одного писателя. Архив Сабита Муканова помог восстановить фамилии и трех офицеров — это были Малик Габдуллин, Хаким Бегишев и Конкарбай Махамбетов.

  В той же фронтовой тетради имеются сведения о сто первой отдельной стрелковой бригаде. Здесь писатель и встретил своего земляка, кадрового офицера X. Бегишева — одного из героев будущей трилогии «Школа жизни», ныне работающего директором Дома-музея Сабита Муканова. Записи бесед с X. Бегишевым содержат много интересных сведений о боевых делах воинов стрелковой бригады.

  На совещании в штабе командующего фронтом генерала И.Х. Баграмяна, на котором присутствовал Сабит Муканов, произошла еще одна интересная встреча, о которой он записал в тетради подробно.

  В облике одного из присутствовавших здесь было что-то знакомое писателю. Однако он никак не мог припомнить, кто бы это мог быть.

  «Может быть, это человек из двадцатых годов?» — пронеслась мысль.

  После совещания Сабит Муканов поздоровался с полковником, и они узнали друг друга.

  Сергей Александрович Князьков и Сабит Муканов в грозном 1921 году, в период подавления кулацкого мятежа в Северном Казахстане, были в одном отряде частей особого назначения (ЧОН). Друзья боевой юности обнялись крепко, по-братски. К сожалению, долго беседовать им не пришлось, фронтовые дела звали полковника, но эта встреча навсегда осталась в памяти писателя, и он часто вспоминал о ней.

 …Собранные материалы и фронтовые впечатления подсказали писателю необходимость создания романа о войне, в котором через образы Малика Габдуллина и его боевых товарищей он хотел отобразить героический подвиг советского народа. И С. Муканов начинает работать над романом «Восхождение» («Орлеу»).

  Однако ждали его и другие дела. В казахской литературе первых послевоенных лет не был достаточно полно отражен подвиг тружеников тыла в годы Великой Отечественной войны. Сабит Муканов, всегда шагавший в ногу со временем, оставил незавершенным задуманный роман и целиком отдался работе над темой о трудовом подвиге казахстанцев в годы войны. Роман «Сыр-Дарья» получил высокую оценку А Фадеева.

  В последующие годы Сабит Муканов, занятый осуществлением других тем, так и не смог вернуться к рукописи «Восхождение». И только через несколько дней после похорон Малика Габдуллина (в начале 1973 года) я застал отца листающим страницы этой рукописи.

  — Дорогой мой Малик. — говорил он, -смогу ли я закончить этот роман как должную память о тебе? Как много планов наваливается на старческую голову! Если хватит сил, обязательно вернусь к этой рукописи. А пока напишу воспоминания.

 

Воспоминания о Малике Габдуллине были написаны и опубликованы. Завершить же роман «Восхождение» не удалось, писатель ненамного пережил своего приемного сына.

Марат МУКАНОВ, сын писателя

_____________________________________________________________

Муканов М. «Идет война народная» : Из военных лет Сабита Муканова. / М. Муканов // Сев. Казахстан. – 2005.- 6 мая (N53-54).-С.7

Copyright © 2010-2022 Сабит Муканов
«Северо-Казахстанская областная универсальная научная библиотека имени Сабита Муканова».